Завихрения власти

Давай конкретнее. Что такое капитализм как система? Отсутствие запрета частной собственности на средства производства?

Ты считаешь что частная собственность на средства производства должна быть запрещена? Для меня капитализм как система это как раз отсутствие такого запрета, в противоложность социализму/коммунизму как системе государственного запрета частной собственности на средства производства. И я считаю что кооперативная, общинная экономика может существовать только при капитализме в этом смысле (который вроде бы есть самый обычный смысл). «Истинный социализм» для меня возможен только при системе капитализма, и уж точно невозможен при обычном историческом социализме/коммунизме, где запрещалась любая собственность на средства производства, кроме государственной. В том числе и кооперативы запрещались.

Поэтому не вижу ничего резкого в том, чтобы называть вещи своими именами, и если какая-либо политическая партия пополняет казну от крупного капитала и обслуживает его интересы — это капиталистическая партия.
А если партия опирается на мелкий капитал, как она называется?
 
Редактирование:
Что такое капитализм как система? Отсутствие запрета частной собственности на средства производства? Ты считаешь что частная собственность на средства производства должна быть запрещена?
Откуда вообще взялась лексика «запрета»? Что значит «разрешена / запрещена»? Кем? Почему? У меня нет ни слова об этом.

И даже в определениях в википедии я не вижу этой лексики. Так что это не ко мне.

Во всяком случае, я не выступаю за государственный запрет какой-либо формы собственности. Государство может (и должно) создавать более выгодные условия в пользу того или иного.

Для меня капитализм — это власть капитала, что может быть проще? Власть капитала — это когда все решения в хозяйственной (и любой иной) деятельности принимаются исходя из интересов капитала. Капитализм это преумножение капитала в качестве главной (и подчас единственной) цели. Капитализм это то, что пишут в уставах всех наших ООО с 1993 года: «Целью деятельности предприятия является извлечение прибыли».

Эта цель порочна, соответственно, порочен и сам капитализм. При такой цели всегда капитал будет на первом месте, а труд, работник и его среда обитания — на втором или последнем.

При такой цели всегда будет эксплуатация наёмного труда капиталом. Всегда будет истощение территории действия. Всегда будет чудовищное неравенство, бедность, разложение (коррупция) и прочее.

При такой цели всегда будет разделение (дихотомия) на работателя и зависимого от него работника. И работодатель всегда будет присваивать себе больше, чем требуется по справедливости, потому что труд при капитализме не является равноправным участником бизнеса наряду с капиталом.

Преодолеть эту порочность при сохранении порочной цели — невозможно. Можно либо дубинками ограничивать капиталиста, получив в итоге советский гос. капитализм, либо дубинками и уговорами, получив что-то типа «скандинавского капитализма», где богатых принуждают жертвовать на общество.

Преодолеть капитализм как систему можно только избавившись от самой дихотомии работодатель-работник (капиталист-трудяга).

Хорошая новость в том, что это — возможно, это работает, бери и делай. И не нужен террор. Это противоречие снимается в кооперативной форме труда, где работники кооператива сами себе работодатели.

В кооперативной системе излишки (прибыль) не выводятся за пределы участников системы (территории), не уходят капиталисту в карман или офшор. В кооперативной системе работники сами распоряжаются прибылью и тратят на себя же и на развитие своей территории. Часть отчисляют государству.

Подлинный социализм — это кооперативная (народная) собственность на средства производства, а не частная или государственно-бюрократическая.

Мягкий, ненасильственный способ перехода от капитализма к социализму или чему-то похожему возможен только через кооперацию.

Что подразумеваешь под социализмом ты — я не знаю. Кооперативное производство и потребление (при сохранении личной собственности) не может быть порочным по сути.

У Даниила Андреева позитивно написано про социалистические идеи, а подмены начинаются с марксизма. По Андрееву демонизированная «Доктрина» или опасность «мирового коммунизма» — это именно реализация марксизма-ленинизма-сталинизма, а отнюдь не реализация подлинно социалистических (и даже подлинно коммунистических) идей.

А капитализм по Андрееву — это «буржуазный дух пошлости, наживы».

Если партия опирается на мелкий частный капитал и отстаивает его интересы — это мелкобуржуазная капиталистическая партия. :) Подлинно социалистическая партия должна опираться на кооперативный капитал.
 
Редактирование:
Во всяком случае, я не выступаю за государственный запрет какой-либо формы собственности.
Ну и хорошо.

С преимуществом равноправного коллективного управления собственностью я согласен. На мой взгляд основная «заковыка» тут психологическая.

С остальным я согласен, кроме акцентов терминов социализм и капитализм, это, видимо, вопрос вкусов.
 
А капитализм по Андрееву — это «буржуазный дух пошлости, наживы».
Вот более точная цитата:

за демагогическими программами партий, подобных кадетам, таится воинствующий дух национального империализма, дух колониализма, буржуазный дух неутолимой жадности, самодовлеющий здравый смысл, пошлость.
На мой взгляд, дана квинтэссенция капитализма.
 
Потратим в этот воскресный день всего 25 мин на самообразование. Я потратил 250 минут, чтобы подготовить вам это.

На видео — американский профессор Ричард Вольф, экономист, социалист, марксист, один из ведущих сегодня в США критиков капитализма. Его еженедельные «Новости экономики» смотрят на ютубе около 250 тысяч подписчиков. Примерно 2500 из них переводят ему регулярно по несколько баксов в качестве поддержки, что даёт около 11 тысяч долларов в месяц благодарностей за его общественную работу.

В первой части видео он говорит об эффективности производственных кооперативов, приводит несколько примеров, в том числе один очень известный в мире. Во второй части он говорит об истории Рабочего движения в США, какие блага простые люди «отвоевали» у олигархов, и почему Франклина Рузвельта три раза подряд на «ура» избирали президентом.

Кооперативы, профсоюзы, борьба с крупным капиталом, социальные преобразования времён Великой депрессии в США… — кажется, причём тут современная Россия? Всё это увидим мы в нашей стране, если будем вести более-менее здоровый образ жизни :) А наши дети хлебнут этого по полной.

https://www.youtube.com/watch?v=tGugmHOVqT0
 
Пока вкратце замечу, что Сандерс и некоторые более молодые поддержанные им политики набирали себе средства исключительно путем сбора пожертвований от частных лиц. Среднее пожертвование в кампанию Сандерса, если не ошибаюсь, в 2016 году составило 26 долларов. Принимались пожертвования только от избирателей. Никакая корпорация, ни мелкая, ни крупная, вклады в кампанию сделать не могли. Борьба против влияния корпораций на политическую жизнь США — один из первых приоритетов политиков этой волны.

Сандерс баллотировался в президенты от демократической партии, но сам никогда не был членом этой партии — такая ситуация в США возможна. В сенате Сандерс — независимый депутат. Однако политическая система в США такова, что в президентской кампании формально независимый кандидат практически стопроцентно обречен на поражение, так как просто внесет раскол в тот или иной фланг — так было с правым Россом Перо в 1992 году, участие которого в финале увело часть голосов от Буша-старшего и обеспечило победу Клинтону.

Демократы и республиканцы в США — это не классические европейские партии. Фактически, формальные руководители партии не имеют возможности заблокировать участие нежелательных для них кандидатов в своих праймериз (хотя, разумеется, могут применить административный ресурс, и обычно им это удается — прокол вышел у республиканцев с Трампом в 2016-м). В итоге республиканская партия переформатировалась под харизматическую фигуру Трампа и стала партией лидерского типа (феномен, которого Америка не видела очень давно — а может быть, не видела никогда). Демократы же де-факто более не являются единой партией, в ней идет острое соперничество между ставленниками крупного капитала и политиками, опирающимися на низовую поддержку. Низовая поддержка стала мощным фактором в связи с развитием социальных интернет-сетей.
 
Редактирование:
Демократы же де-факто более не являются единой партией, в ней идет острое соперничество между ставленниками крупного капитала и политиками, опирающимися на низовую поддержку.
Митя, спасибо, пока очень интересно. Получается, независимым кандидатам с низовой поддержкой приходится примыкать к той или иной партии, потому что:

политическая система в США такова, что в президентской кампании формально независимый кандидат практически стопроцентно обречен на поражение
То есть система пока такова, что независимый кандидат теряет свою независимость, ведь даже если финансируется людьми снизу, он вынужден идти «от большой партии», принимая, как следствие её цели и методы.

Интересно, какая-нибудь третья партия вызревает в США? Я слышал, зелёные вроде что-то двигают, есть социалистические партии и т.д.
 
Получается, независимым кандидатам с низовой поддержкой приходится примыкать к той или иной партии [...] То есть система пока такова, что независимый кандидат теряет свою независимость, ведь даже если финансируется людьми снизу, он вынужден идти «от большой партии», принимая, как следствие её цели и методы.
В том и особеность американской политсистемы, что нет, независимый кандидат, выдвигаясь от одной из двух крупных партий, не становится зависимым от нее — напротив, имеет шанс на ее переформатировать (как это удалось Трампу). Обе крупные партии, таким образом, представляют собой нечто весьма аморфное. Цели и методы их периодически радикально изменяются. Так, в 1960-м Кеннеди за считанные дни до выборов резко изменил стратегию Демпартии в отношении движения за гражданские права — за равноправие не-белого населения. В результате Демпартия потеряла поддержку белых консервативных южан, но приобрела столько, что Кеннеди смог выиграть. В итоге Республиканская партия, которая при ее основании Линкольном была как раз партией равноправия, стала партией, ориентирующейся прежде всего на традиционный крупный капитал (оборонка, топливо и т.д.) и во все большей степени на традиционалистский белый электорат. И наоборот, не-белое меньшинство в южных штатах голосует практически в полном составе за демократов — что было немыслимо до начала 60-х.

Фактически, получается так, что две большие партии изменяют свой облик, а также цели и методы после каждых выборов. Долгие годы в США был политический застой — время так называемого «вашингтонского консенсуса», когда говорили, что две партии отличаются друг от друга, как кока-кола от пепси-колы. Но несколько лет назад ситуация быстро и радикально изменилась. Фактически, де-факто в США сейчас многопартийная система, в которой две большие партии являются просто «зонтиком» для весьма различных, часто радикально различных сил. Поэтому праймериз на последних двух выборах получили такое огромное значение.

Кроме того, США — реально федеративная страна с огромными правами отдельных штатов. Поэтому каждое партийное отделение в каждом штате фактически может проводить в жизнь свою собственную политику и свое собственное видение, что делает общую ситуацию еще более пестрой.

Тем не менее, двухпартийная система даже в таком ее виде является анахронизмом, что осознается огромным количеством людей. Но сила инерции политической системы велика — появление сильной третьей партии, которая не будет играть из-под зонтика одной из дву крупных, чревато сокрушительной победой кандидата от одной из двух крупных партий, как я уже писал выше. Ожидали раскола республиканцев — многие были против Трампа — но в итоге просто сама партия стала трампистской, инакомыслящие из нее изгоняются. В демпартии же продолжается острейшая борьба между силами, у которых практически нет ничего общего ни в целях, ни в методах. Об этом могу подробнее.

Что касается различных экономических форм — тут я не специалист, но, конечно, кое-что мне известно. Кооперативное движение в США существует и развивается. Этому способствует серьезная трансформация среднего и высшего образования — всячески подчеркиваются примущества сотрудничества и коооперации перед индивидуалистической конкуренцией.
 
Дмитрий, спасибо, я не знал практически ничего из того, что ты описал выше.

В демпартии же продолжается острейшая борьба между силами, у которых практически нет ничего общего ни в целях, ни в методах. Об этом могу подробнее.
Да, по возможности. Мне пока трудно понять, как такое возможно, когда внутри одной партии, а тем ведь должна быть своя идеология, устав, этика, программа, методология, спонсоры и т.д., — как внутри одной партии могут быть силы, у которых «нет ничего общего ни в целях, ни в методах».

де-факто в США сейчас многопартийная система, в которой две большие партии являются просто «зонтиком» для весьма различных, часто радикально различных сил
Аналогия с «зонтиком» кое-что проясняет. Это действительно не

не классические европейские партии
Вопрос: может ли под этими зонтиками зародиться что-то принципиально, принципиально иное? Элементарно: чтобы выиграть выборы, нужно иметь кучу бабла на покупку времени на ТВ и в масс-медиа. А деньги, большие деньги — это корпорации, крупный капитал.

Можно ли представить такую ситуацию, когда какой-нибудь лидер типа Ганди-Кинга наберёт аудиторию без крупного капитала и продажных масс-медиа? Если Фейсбук, Инстаграм, Ютуб и Твитер ангажированы.

Если такой лидер выделится и сумеет набрать аудиторию в каком-нибудь «альтернативном интернете», то, теоретически, сможет выйти из-под «зонтиков» и баллотироваться сам.

Впрочем, кроме самого лидера такого типа, на это ещё нужны годы или десятилетия трансформации медийного пространства, выхода его из-под «зонтика» крупного капитала. Что представить пока сложно не только для США, но везде по миру.
 
Сверху Снизу