И какими критериями мы можем определить, что является освобождением Соборной души, а что нет?
Я думаю, грамотный и опытный историк способен разглядеть крупное метаисторическое событие, ведь анализировать будет не лозунги и декларации, а сумму факторов и процессов.
Важно не то, какой документ подписал Николай Второй или какие заявления о войне на Окраине делает современная инкарнация Николая Первого, важно — что происходит на деле. А на деле всё печально и там, и там.
Освобождение Навны сегодня — это не просто возврат к состоянию «без государства» или строительство с нуля государства «смягчённого типа». Цитадель уже построена и укрепляется 500+ лет. Над Соборной душой — плотный железобетон марки 300.
Если держава пережила фазу твёрдого, а потом крайне твёрдого состояния, то вряд ли возможно «смягчить» её так, как наши отцы смягчали старую резинку керосином. Всегда точный на язык Д. Андреев использует по отношению к изнанке жёсткое слово «разрушение»:
Могут сменяться Жругры, рушиться и снова строиться формы народоустройств, но великий реформатор останется одним из тех, кто поддерживает своей мощью Российское государство, пока оно существует на Земле. А потом? Кто и когда снимет с этого Атласа его ношу? Только освобождение Навны, только разрушение Друккарга, только гибель последнего из Жругров, только конец Российского великодержавия.
Я думаю, мы почувствуем полное освобождение Навны только с разрушением государственности, причём неважно, по каким причинам — внутренним или внешним.
Впрочем, есть гипотеза, к которой склоняюсь лично я, что в 90-х произошло с нами то, что на языке «РМ» называется «раздробленностью единой метакультуры в Энрофе на ряд твёрдых государственных единиц». Соборная душа при таком сценарии находится «в состоянии глубокого недуга». Вот где мы сейчас.
Грузия, Армения, Беларусь, Украина, даже средняя Азия — уже не просто территории внутри одной метакультуры, но автономные и юридически суверенные государственные образования. Вот почему Операция (
«Ровно в четыре утра, Киев бомбили, нам объявили, что началась она») — это не просто трагический просчёт, но роковое событие, осмысление которого пока невозможно сделать, не отправившись политзеками по этапу Андреевых.
Как может проявиться Навна в состоянии свободы и силы? Думаю, так:
— социальная радость в народе (не только среди маргинальной интеллигенции),
— социальные лифты снова работают, социальные поры дышат (обновление гос. системы на всех этажах),
— культурная побудка и оттепель, человек человеку брат.
В 1905 году этого не было, напротив, чуткий историк разглядел бы существование нескольких ядер новой государственности и конкуренцию их идеологий со смертельным приговором старому режиму. На языке «РМ» это была борьба, а позже грызня жругритов.
Но страна-то сложилась. И российское руководство давно уже не требует от неё отказа от суверенитета. Требует лишь гарантий неучастия во враждебных военных блоках.
Удивлён читать такое. Надобно судить по плодам, а не по заявлениям первых лиц, которые за 30 лет столько всего наговорили (вплоть до противоположного), что слушать их слова — моветон. Как же можно требовать отказа от участия в блоках с одновременным признанием суверенитета? Это два противоположных состояния. Подлинный суверенитет как раз означает свободу участия в любых блоках.
В том-то и дело, что война, как и любая война, ведётся до полного подчинения и смены политического режима. Это идеал в глазах Автомата. Но ресурсов на такой исход нет, поэтому сейчас мы на стадии «войны тылов» или «войны городов», а закончится всё вариацией «Брестского мира», ибо львиная доля Окраины будет потеряна на полвека как минимум.
Все заявленные цели Операции (давать оценку которым пока тоже воздержусь) обернулись своей противоположностью:
1) вместо «демилитаризации» — возникновение самой сильной армии в ЕС (с реальным горячим опытом),
2) вместо «денацификации» — укрепление всей палитры национализма на ненависти к «оккупанту»,
3) вместо защиты русскоязычного населения, жертвы которого исчислялись несколькими тысяч за 8 лет, — сотни тысяч жертв с обеих стороны внутри одного сверхнарода,
4) вместо положительного отношения к русским со стороны большинства окраинцев (так было до войны) — ненависть и обида даже среди далёких от политики людей, потерявших близких и детей,
5) вместо нейтрального статуса страны — неизбежное членство уцелевших 3/4 Окраины в военном блоке, только вместо разрушающегося НАТО (Трамп) будет объединённая армия Европы (Макрон).
В метаисторическом смысле — холодная ледяная стена между братскими народами на десятки лет минимум, то есть усугубление состояния раздробленности единой метакультуры и недуга соборных сестёр.
Kirill, тема Окраины на форуме пока не может обсуждаться
как есть, с учётом всех точек зрения, чтобы не подставить форум и участников. Поэтому прошу подбирать слова, используя птичий язык. А лучше вообще эту тему пока не раскручивать.
И ещё: чтобы цитировать конкретные мысли внутри топика, достаточно выделить фрагмент текста мышью.
